Наверное, давно стоило написать об этом. Но то руки не доходили, то что-то останавливало в последний момент. Сейчас я расскажу тебе историю любви. Но это не та любовь, что показывает по телевизору каждый день бразильское и мексиканское вещание, нет. Это любовь поэта. То, как ее описывал Достоевский, Толстой, Лермонтов… �? она была реально. Более того, целью того несносного голозадого малы�?а стал я.

Я во�?ел в класс вместе с мамой. Передо мной стояла моя новая классная руководительница. Здесь я проведу следующие пять лет своей жизни. Пока взрослые неспе�?но разговаривали, я ре�?ил провести рекогносцировку на местности. Оглядел классную комнату, выглянул в окно. При�?ли несколько моих будущих одноклассников: кудрявый парни�?ка с серьгой-крестиком в ухе, которого все звали Пу�?киным, и две девчонки, тихо пере�?ептывающиеся о чем-то между собой.

Ну вот, я в коллективе. Ко мне отнеслись благожелательно, и я быстро со�?елся почти со всеми. Более того, те две деву�?ки и еще один их товарищ приняли меня в свою.. группу, что ли. Так образовалось интеллектуальное ядро на�?его класса. Но вот близился 9^й год обучения — год, когда многие ре�?или уйти из класса (кто в колледж, кто в техникум). Половина на�?его дружного коллектива была обновлена. �? это еще боль�?е сплотило нас. Классе в десятом я начал замечать, что мне не безразлично, как она на меня смотрит, я искал её взгляда, жеста, слова. Черт побери, да я тогда ради нее начал учиться играть на гитаре!

Надо сделать неболь�?ую ремарку — в �?кольные годы я был довольно замкнутым парни�?кой, эмоции которого прорывались наружу ли�?ь иногда. Тогда же, в десятом классе, у нас началась информатика, перерос�?ая в мою одержимость компьютерами. Но это не важно.

Близился последний звонок. Я как идиот стоял на репетиции, и смотрел, как другой парень ухлёстывает за ней. Стоял и молчал. Точнее нет, не молчал, а отмачивал какие-то плоские �?утки, чтобы никто не видел, что творится у меня внутри.

Последний звонок. Она идет по сцене в сопровождении другого. Если у меня и была возможность тогда все исправить, то я ее упустил своей суетливостью, попытками всем и вся помочь на звонке, ненужными словами…

После этого весь класс по�?ел в лес. У меня была жуткая депрессия, затянув�?аяся до самого выпускного. Родители притащили несколько упаковок пива, все пили и развлекались, а я сидел один под березой и слу�?ал Арию, врубив плеер на полную громкость, чтобы отделиться от реальности. Посидев так с час, меня достали попытки одноклассников развеселить меня, и я свалил домой.

Пролетели экзамены. Было сложно, но терпимо. Самым невыносимым было видеть её. Я �?ел на золотую медаль, она — на серебряную, и поэтому мне приходилось проводить с учителями все свободное время. Когда она с подругой у�?ла часов в 5 вечера, я пробыл в �?коле еще часа четыре. Но это не важно.

Выпускной. Он про�?ел очень быстро. После него все по�?ли в �?колу. Там всем быв�?им �?кольникам налили вина, хотя директор и запретила алкогольные напитки в �?коле. Через полчаса все уже были изрядно под хмельком, кроме меня и еще одного парня — моего друга. Плохо иногда быть непьющим. Я просидел там пару часов. В классе было ду�?но, поэтому я ре�?ил прогуляться. Как бы не так! Детям запретили выходить из �?колы без присмотра родителей. Но я все же уломал охрану выпустить меня, сказав, что мне плохо. Настоящая причина была в том, что я не хотел её сейчас видеть.

Всю ту ночь я просидел неподвижно на берегу одного из на�?их озер. По�?ел мелкий дождик, но меня он не задел — я сидел под раскидистой елью, так, чтобы меня никто не видел. Я думал. Я вспоминал все те мнгновения, что был рядом с ней… �?менно тогда я и написал «Вступила тьма…»

Я понял, что любил её, любил всем сердцем, но уже тогда понимал, что нам не суждено быть вместе. Может быть, она тоже любила меня, но я об этом так и не узнал.

Три года уже про�?ло с того злосчастного последнего звонка. Хотя она и не знала, я тайком наблюдал за ней. Нет, не подумай, что я какой-нибудь вуайерист. Все было проще. mIRC в на�?ей сети. Я узнал ее ник. В мирке меня вообще мало кто знает. Не знала и она. �?ногда я заходил под совер�?енно левым хэндлом, типа «мохнатое_нечто» или «антилапедарный_убунту», но чаще всего я висел в сети под ником «numghen». Но она не знала кто я. Она могла просмотреть детали моей записи, но там не было ничего, что бы указывало на меня. �?ногда я просто висел в общем канале, смотря, что она пи�?ет, с кем общается. Не думай, что это паранойя, нет. Я тоже там общался, не проявляя никакого сверхактивного интереса к ее персоне. Если и перемалвливался с ней парой словечек, то это было:

Я>Привет
Н>Привет. А ты кто?
Я>numghen
Н>Понятно

А иногда болтал с ней в привате под другим хэндлом. Но она, как правило, была замкнутой со мной.

Я наблюдал, и то, что я видел, очень расстраивало меня. Она начала теряться. Со�?лась с какими-то любителями приключений, поступила на вечерку вместо дневного, начала материться, хотя рань�?е я и слова матерного от нее не слы�?ал. Сейчас у нее есть друг, а может, и нет уже. Но я чувствую некую вину за ее судьбу.

Что бы было, если бы я был ре�?ительней и все-таки признался ей? Может, мы бы были счастливой парой… А сейчас мы сли�?ком далеки.

Три года. Три года без нее. Чувство притупилось, но не у�?ло полностью. Но осталась боль. Каждый раз, когда я вспоминаю ее, мне больно. Сердце замирает, накатывает волна лирического настроения… �? все же эта любовь мертва. Я надеюсь, у нее все будет хоро�?о. Я знаю, что она никогда это не прочтет. Шанс этого — один к �?ести с половиной миллиардов. А если прочтет — тем луч�?е. В глаза я бы ей этого никогда не сказал, а так…

Я любил тебя, Настя, и, спасибо тебе… 

Viewed 7832 times by 938 viewers